Запрет на оскорбление власти в сети и война против фейков

Запрет на оскорбление власти в сети и война против фейков

Еще недавно мы писали о частичной декриминализации статьи 282 УК РФ, действительно хорошая новость. После принятия последних поправок было даже пересмотрено несколько уголовных дел по ней и мы все дружно устремили свои взгляды в светлое будущее… Но появилась новая угроза.

Законопроект о запрете оскорбления власти в сети и распространении фейковых новостей. Что он подразумевает, попробуем разобраться.

Итак, начнем

с того, что 24 января этот документ был принят в первом чтении, хотя процесс прошел ни без несогласных (=виноватых?). Обе точки зрении были аргументированы, выслушаны, и в конце концов законопроект был принят. И тут же подвергнут волне критики.

Что из себя представляет пакет законопроектов?

Андрей Клишас, Дмитрий Вяткин и Людмила Бокова — авторы пакета законопроектов — предлагают следующий алгоритм действий в ситуации, если контент носит оскорбительный для власти характер:

  1. Представитель власти, которого лично задела информация, размещенная о нем в сети, обращается в прокуратуру;
  2. Прокуратура проводит собственное расследование и принимает решение в досудебном порядке о наложении штрафа на автора оскорбительного контента, либо о блокировке ресурса, на котором он был размещен;

Если автор «нехорошего материала» посчитает обвинения необоснованными, он имеет право на обжалование решения прокуратуры. Для принятия решения будет проводиться лингвистическая экспертиза конте

та. Ничего не напоминает?

Прокуратура РФ

Также предлагается призывать к ответственности пользователей сети и медиапорталы, размещающие фейковые новости. Вроде бы все логично, но…

Но что не так с пакетом Клишаса-Вяткина-Боковой?

Мнение общественных и политических деятелей сходятся в одном: слишком размытые формулировки. Конечно, подобные меры имеют право на существование, и сами авторы отмечают, что они не против критики власти, но выражать ее нужно в разумных пределах: без использования нецензурной лексики, без «перехода на личности» — мягко и по делу.

Да, действительно, умение выражать любые эмоции исключительно литературным языком — отличительная черта образованного, читающего и мыслящего человека. Но, во-первых, ситуации бывают разные, и, иногда сдерживаться нет сил. Нужно ли нести ответственность за сказанные (написанные) слова? Да, и с этим вряд ли можно поспорить. А, во-вторых, иногда, не применив ни одного оскорбительного слова, можно о

идеть хуже, чем откровенно указав человеку дорого во всем известную локацию.

Для оценки контента будет проводиться лексическая экспертиза

Но вся проблема в том, что каждый мыслит в меру своей испорченности и обидчивости. Можем ли в этой ситуации надеяться на адекватную оценку происходящего/сказанного/написанного? Увы, нет. Одного человека может обидеть обоснованная критика его действий, он сделает выводы и примет это к сведению, а у второго реакцией на любой хмурый взгляд в его сторону может быть и мордобой. Да, можно затребовать лексическую экспертизу, но уже после принятия мер прокуратурой. И к тому моменту, когда Вы получите ее результаты Ваш медиаресурс, возможно, будет заблокирован уже некоторое время. А время, как Вы знаете, это деньги.

Новый пакет законопроектов включает в себя запрет на рспространение заведомо ложной информации в сети

Вторая проблема кроется в идее ответственности за распространение заведомо ложной информации в сети. Точнее, не в самой идее, а в ее формулировке. Если не вдаваться в подробности, то можно решить, что это очень даже замечательная идея, ведь никто из нас не хочет быть обманутым, читая об очередном намечающемся конце света, либо о надвигающейся войне, слухи о которой то и дело появляются в онлайн-версиях желтых газетенок. Правда, и тут есть НО.

Предполагается, что к ответственности будет привлекаться физ.лицо, или медиаресурс, заведомо знавший о том, что распространенная информация является ложью и иметь определенный умысел. И на этом вся идея рушится, ибо как это вообще можно доказать? Если журналист делает свои собственные предположения о предстоящем событии, какую волшебную фразу и сколько раз ему нужно написать, чтобы не попасть под эту статью? Если речь о ресурсе, публикующим «скандалы, интриги, расследования», либо о сайте оппозиционной организации?

А как будет проходить расследование в случае, если житель города N, решит поделиться в сети своим возмущенным отзывом на дороги, заваленные снегом, либо на отсутствие отопления зимой по причине, допустим, аварии. И поделится он этим, используя исключительно литературный язык, никого конкретно не оскорбляя. А представители вымышленной УК дома, в котором проживает вышеуказанный гражданин, примутся утверждать, что проблем с отоплением не было — насколько этот случай попадает под определение «распространение заведомо ложной информации в сети«?

 

Самоконтроль и ответственность за поступки — это хорошо, война против фейков — very good. Если не доходить до абсурда, о чем, к сожалению не все помнят.

Всё это, конечно, вариации и фантазии на тему, и мы надеемся, что окончательная редакция пакета законопроектов будет содержать более конкретные описания. Но все эти размышления находятся здесь, чтобы призвать всех к осторожности в сети: ст. 282 частично декриминализировали, но угроза не исчезла.

1+
Подписаться на новости

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

  Subscribe  
Уведомить о